Вернуться на главную страницу
О журнале
Научно-редакционный совет
Приглашение к публикациям
Предыдущие
выпуски
журнала
2012 в„– 4(15)
2012 в„– 3(14)
2012 в„– 2(13)
2012 в„– 1(12)
2011 в„– 6(11)
2011 в„– 5(10)
2011 в„– 4(9)
2011 в„– 3(8)
2011 в„– 2(7)
2011 в„– 1(6)
2010 в„– 4(5)
2010 в„– 3(4)
2010 в„– 2(3)
2010 в„– 1(2)
2009 в„– 1(1)

Перинатальная психология — новый раздел клинической (медицинской) психологии

Добряков И.В. (Санкт-Петербург)

 

 

Добряков Игорь Валерьевич

–  кандидат медицинских наук, доцент, доцент кафедры детской психиатрии, психотерапии и медицинской психологии Северо-Западного государственного медицинского университета имени И.И. Мечникова.

E-mail: dobriakov2008@yandex.ru

 

Аннотация. В статье приводится определение нового раздела клинической (медицинской) психологии — перинатальной психологии, описаны её основные особенности и задачи, показана актуальность развития перинатальной психологии и внедрения её достижений в практику.

Ключевые слова: клиническая (медицинская) психология, перинатальный, диада, биопсихосоциальный подход.

 

Ссылка для цитирования размещена в конце публикации.

 

 

В начале ХХ века В.М. Бехтеревым, сочетавшим талант выдающегося клинициста-психиатра, психотерапевта, невролога с глубокими знаниями в области морфологии, психологии, физиологии, было разработано и внедрено в практику новое научное направление: психоневрология. Оно отвечает современным требованиям всестороннего междисциплинарного изучения нервной системы и психики здорового и больного человека. В созданном В.М. Бехтеревым научно-исследовательском институте помимо отделений, занимающихся медицинскими исследованиями в области неврологии, психиатрии, психологии, в 1932 году был сформирован сектор социальной психоневрологии. Таким образом, концепция психоневрологии В.М. Бехтерева включала биопсихосоциальную триаду. В институте, носящем после гибели создателя его имя, были разработаны и продолжают совершенствоваться методы лечения, сочетающие как биологическое, так и социопсихологические воздействия с дифференцированной системой наблюдения. Они рассматриваются как сложная динамическая система взаимосвязанных компонентов (медицинских, психологических, социальных), направленных на восстановление личного и социального статуса больного [17]. Идеи В.М. Бехтерева, несмотря на меняющиеся, нередко очень сложные политические ситуации, успешно развивали его ученики и последователи (Е.С. Авербух, Л.И. Вассерман, Р.Я. Голант, М.М. Кабанов, Б.Д. Карвасарский, А.Ф. Лазурский, А.Е. Личко, С.С. Мнухин, В.Н. Мясищев, Ю.В. Попов, Т.Я. Хвиливицкий и др.).

Руководствуясь его представлениями, М.М. Кабанов сформулировал принципы реабилитации в психоневрологии:

•   принцип единства биологических и психосоциальных воздействий;

•   принцип разносторонности усилий и воздействий при реализации реабилитационной программы;

•   принцип партнерства;

•   принцип ступенчатости (переходности) прилагаемых усилий, проводимых воздействий и мероприятий [12; 13].

Пионерские работы В.М. Бехтерева и его учеников позволили повысить эффективность работы с пациентами, страдающими нервными и психическими заболеваниями. Очевидной была необходимость внедрение подобного подхода во все области медицины. Большую роль в этом сыграл Дж. Энжел (G. Engel), разработавший подход, получивший название «биопсихосоциальный» [24; 26]. Он утверждал, что клиницисту необходимо учитывать не только биологические, но и психологические, и социальные аспекты болезни. Только тогда он сумеет правильно понять причину страданий больного, предложить адекватное лечение и завоевать доверие пациента [25]. Его холистическая модель стала альтернативой общепринятому биомедицинскому подходу, безраздельно господствовавшему в индустриальных обществах с середины XX столетия. Быстрота распространения идей Энжела в различных областях медицины была различной, что связано со спецификой осмысления взаимовлияний психологических, биологических и социальных факторов, выявления закономерностей, теоретического обоснования и проверки практикой.

Внедрение биопсихосоциального подхода в акушерство встречало и продолжает встречать сопротивление у ряда врачей. Между тем, пренебрежение психологическими и социальными факторами приводило и приводит к признанным ныне неконструктивными особенностям оказания помощи беременным и роженицам. К наиболее известным из них и широко ранее практикуемым относятся категорический запрет посещений родственниками женщин в родильных домах, разлучение матери и ребенка сразу же после родов и пр. Назревшая необходимость внедрения биопсихосоциального подхода в акушерскую практику явилась причиной появления нового раздела клинической (медицинской) психологии — перинатальной психологии, отличающегося от других ее разделов особенностями своего предмета, спецификой круга изучаемых явлений [11].

Медицинская психология — одна из основных прикладных отраслей психологической науки, целью которой является применение разнообразных психологических знаний в сфере медицинской деятельности (охране здоровья, профилактике заболеваний, диагностике, лечении, реабилитации), в медицинских исследованиях. Кроме того, в область интересов медицинской психологии включены отношения, возникающие между всеми участниками процесса оказания медицинской помощи [14]. В Российской Федерации в 2000 году Министерством образования приказом № 686 утверждена специальность «клиническая психология» (022700). Принято определение, согласно которому клиническая психология представляет собой специальность широкого профиля, имеющая межотраслевой характер и участвующая в решении комплекса задач в системе здравоохранения, народного образования и социальной помощи населению. Особенно тесные связи медицинская психология имеет с психотерапией и психиатрией.

Разделом медицинской (клинической) психологии является перинатальная психология, так как на всех этапах реализации репродуктивной функции (зачатие, беременность, роды, уход за младенцем) человек нуждается в медицинском обследовании, наблюдении, порою в лечении. Прежде всего, она тесно связана с акушерством, но не менее важны её взаимосвязи с психиатрией и психотерапией. В процессе зачатия, во время беременности, в осуществлении вскармливания и ухода за ребенком человек испытывает сильнейшие как положительные, так и отрицательные эмоции. Беременность, независимо от того желанная она или нет, как и рождение ребенка, сопровождаются большими нагрузками на все системы организма женщины, что может повлиять на состояние её здоровья, на развитие ребенка, привести к астенизации, к повышению тревожности, к появлению страхов, депрессивных переживаний. Беременность и роды непременно влекут за собой перемены в отношении женщины к себе, к окружающим, в отношении к отношению окружающих к ней, то есть изменения её личности. Происходит изменение и социального статуса супругов, становящихся матерью и отцом. Таким образом, появление в семье нового члена неизбежно приводит к перестройке семейной системы и меняет супружеские отношения. Все перечисленное объясняет, почему во время беременности и рождения ребенка резко повышается степень риска появления или обострения семейных проблем, соматических и нервно-психических расстройств у обоих супругов, но особенно у женщины. При зачатии два организма матери и ребенка начинают жить общей жизнью, образуя диаду. Весь организм женщины кардинально перестраивается, чтобы оптимально обеспечить жизнедеятельность вдвоем. Для этого формируется дополнительный общий орган — плацента. Последовательно возникающие в связи с репродуктивной функцией и сменяющие друг друга доминантные состояния в организме женщины, детерминированные биологическими (прежде всего, гормональными) изменениями, психологическими и социальными факторами получили название материнской доминанты [1; 2; 18]. Материнская доминанта включает физиологический компонент и психологический компонент. Они соответственно определяются биологическими или психическими изменениями, происходящими с женщиной, направленными на вынашивание, а затем на рождение и выхаживание ребёнка [1; 3; 4].

Гестационная доминанта (лат.: gestatio — беременность, dominans — господствующий) обеспечивает направленность всех реакций организма на создание оптимальных условий для развития пренейта. Психологический компонент гестационной доминанты представляет собой совокупность механизмов психической саморегуляции, включающихся при возникновении беременности и формирующих у беременной женщины поведенческие стереотипы, направленные на сохранение гестации и на создание условий для развития пренейта. Особенности психологического компонента гестационной доминанты проявляются в связанных с беременностью изменениях системы отношений женщины. Нами было выделено пять вариантов его формирования: оптимальный, гипогестогнозический, эйфорический, тревожный, депрессивный. Оптимальный вариант является благоприятным как для течения беременности и родов, так и для формирования бондинга после родов, для развития младенца. Женщины, обнаруживающие признаки эйфорического, гипогестогнозического, тревожного, эйфорического вариантов психологического компонента гестационной доминанты, нуждаются в наблюдении, так как у них могут отмечаться нервно-психические и соматические расстройства, либо повышен риск их возникновения. Варианты психологического компонента гестационной доминанты могут изменяться в течение беременности в зависимости от срока гестации, соматического состояния женщины, ситуации в семье, отношений, складывающихся с врачом и т.п. Это обусловливает возможность корректировать психологический компонент гестационной доминанты, ставит перед специалистами задачу проведения скринингового психологического обследования беременных для раннего выявления нуждающихся в медицинской и психологической помощи, ориентирует специалиста, в чем она должна выражаться [8].

Таким образом, беременность и роды являются для обоих родителей критической ситуацией, имеющей все её характерные признаки. Ведь для родителей вынашивание и рождение ребенка — события, которые можно датировать и локализовать во времени, сопровождающиеся сильными стойкими эмоциональными реакциями, требующие больших затрат и продолжительного времени на адаптацию [23; 28]. В связи с этим с семьей, ожидающей рождения ребенка, должна проводиться профессиональная психопрофилактическая работа. Будущим родителям должна быть доступна психологическая, психотерапевтическая, а иногда и психиатрическая помощь. Целесообразно, чтобы такую работу проводили специалисты в учреждениях здравоохранения (в перинатальных центрах, женских консультациях, родительных домах, детских поликлиниках), а не акушерки и психологи или просто энтузиасты без специальной клинической подготовки на дому или «в кружках по интересам». Это позволит обеспечить профессионализм оказываемой помощи и взаимосвязь специалистов.

Перинатальную психологию можно определить как раздел клинической психологии, участвующий в решении психологических задач оказания акушерско-гинекологической, перинатальной помощи населению. Само название «перинатальная психология», отражающее его суть, входит в противоречие с общепринятой акушерской терминологией. Слово «перинатальный» имеет смешанное греческо-латинское происхождение: peri- — вокруг (греч.); natus — рождение (лат.). В 1973 году на YII Всемирном Конгрессе FIGO (Международной Федерации акушеров-гинекологов) было принято и включено в международную классификацию 10-го пересмотра (МКБ-10) определение «перинатального периода», согласно которому он начинается с 22 полных недель (154 дня) беременности и заканчиваются спустя 7 полных суток после рождения. В акушерстве также нередко перинатальным считается период продолжительностью с 28-й недели внутриутробной жизни человека по 7-е сутки его жизни после рождения [20; 22 и др.]. С точки зрения перинатальных психологов перинатальный период включает в себя весь пренатальный период, сами роды и первые месяцы после рождения. Это, в отличие от понимания термина акушерами, больше соответствует этимологическому значению понятия, позволяет рассматривать рождение ребёнка не как отдельное событие, представленное точкой на оси времени, а как длительный процесс, начинающийся с зачатия и охватывающий весь пренатальный период, сами роды и первые месяцы после рождения [7; 15]. Признаками перинатального периода являются:

•   наличие симбиотической связи матери и ребёнка;

•   отсутствие у ребёнка самосознания, то есть, неспособность его выделять себя из окружающего мира, строить чёткие телесные границы и границы психики;

•   несамостоятельность психики ребёнка, зависимость её от особенностей материнских психических функций.

Деятельность перинатального психолога направлена на повышение психических ресурсов и адаптационных возможностей женщины, мужчины в процессе реализации репродуктивной функции, на гармонизацию семейных отношений, создание оптимальных условий для развития пренейта и младенца, на охрану здоровья женщины и ребенка.

Объектом исследования и психологического воздействия в перинатальной психологии являются динамично развивающиеся диадные системы: супружеский холон, «беременная–пренейт», «мать–дитя». То есть, перинатальный психолог работает с диадами. Суть диадного подхода заключается в том, что муж и жена рассматриваются как диада — супружеский холон, а беременная женщина и пренейт, мать и младенец, как составляющие одной системы «мать–дитя» [8; 19; 21; 30 и др.]. В рамках этих систем их элементы взаимодействуют, развиваются и приобретают новый социальный статус матери, отца, или ребёнка. Диада «мать–дитя» является подсистемой семьи, и на неё влияет всё, что в семье происходит [5; 6; 8; 16; 29 и др.].

Перинатальная диада — саморазвивающаяся открытая структура со сложной динамикой, регулируемой предположительно простыми, но пока еще неизвестными алгоритмами взаимодействий как внутри самой диады, так и диады в целом с окружающей средой. Результат этих процессов трудно предсказуем: во время перинатального периода пренейт, а затем младенец живет с матерью практически одной жизнью и динамическая структура «окружающий мир–мать–пренейт» является особенно чувствительной по отношению к любым колебаниям [27]. То, что женщина в перинатальный период становится частью двух диад одновременно (в одной — женой, в другой — матерью), может приводить к конфликтным ситуациям. Своевременно обнаружить возможность этого и предупредить конфликт, помочь его конструктивному разрешению — задачи перинатального психолога [10].

Предметом профессиональной деятельности перинатального психолога могут быть:

•   развитие психических процессов на ранних этапах онтогенеза;

•   социально-психологические феномены, появляющиеся у женщин и мужчин в связи с их репродуктивной функцией;

•   психологические особенности отношений в семье, ожидающей рождения ребёнка, имеющей маленького ребёнка;

•   психосоматические расстройства, связанные с репродуктивными процессами.

Перинатальный психолог выполняет разнообразные виды деятельности: профилактическую, дидактическую, консультативную, диагностическую, коррекционную, экспертную, реабилитационную, научно-исследовательскую и другие.

Помимо диадического характера объекта исследования к особенностям перинатальной психологии относятся семейный характер проблем, которые она изучает; последовательная смена задач, связанных со стадиями жизнедеятельности семьи, этапами реализации репродуктивной функции; психопрофилактическая направленность.

Можно выделить следующие разделы перинатальной психологии:

•   психология зачатия ребёнка;

•    психология периода беременности (диады мать–пренейт);

•   психология раннего постнатального периода (диада мать–ребенок);

•   психология влияния течения перинатального периода на психическое развитие в целом и на развитие личности в частности;

•   кризисная перинатальная психологи (при угрозе здоровья, жизни матери и/или ребенка, смерть).

Основные задачи перинатальной психологии можно сформулировать следующим образом.

1.   Определение роли психологических (в том числе, семейных) факторов в процессах зачатия, беременности и родов; формировании диады «мать–дитя»; развитии ребенка младенческого и раннего возраста.

2.   Исследование влияния различных болезней женщины на ее отношение к зачатию, беременности, родам; формирование диады «мать–дитя»; психическое развитие пренейта /ребенка.

3.   Разработка методов психологического исследования, адекватных для решения задач перинатальной психологии.

4.   Создание методов раннего психологического вмешательства, направленного на оптимизацию течения перинатального периода и семейного функционирования на этапах зачатия, ожидания ребенка и в послеродовом периоде.

5.   Разработка методов психологической и психотерапевтической помощи в ситуациях перинатальной утраты и рождения больного ребенка.

6.   Решение психологических проблем, возникающих в связи с применением современных технологий борьбы с бесплодием (экстракорпоральное оплодотворение, суррогатное материнство и пр.).

Перинатальная психология развивается, поэтому имеет как постоянные специфические признаки, так и признаки преходящие являющиеся приметой настоящего времени:

•   диадический характер объекта (системы «беременная–плод» или «мать–дитя»);

•   семейный характер проблем, которые она предназначена решать;

•   низкий уровень осведомлённости пациентов, нуждающихся в перинатальной психологической и психотерапевтической помощи, о возможности её получения;

•   необходимость активного выявления нуждающихся в перинатальной психологической и психотерапевтической помощи, формирования у них мотивации на её получение;

•   ятрогенный, психологогенный и дидактогенный характер ряда нарушений, являющихся показанием к применению перинатальной психокоррекции и психотерапии;

•   недостаточная разработанность правовых основ по оказанию психологической и психотерапевтической помощи в случае перинатальных потерь;

•   последовательная смена задач перинатальной психокоррекции и психотерапии, связанных со стадиями жизнедеятельности семьи, этапами реализации репродуктивной функции;

•   необходимость тесного сотрудничества перинатального психолога, психотерапевта с другими специалистами (акушерами-гинекологами, неонатологами, неврологами и др.);

•   предпочтение краткосрочных психокоррекционных и психотерапевтических методик;

•   дефицит специфического психологического инструментария и методических разработок в области перинатальной психологии и психотерапии;

•   недостаточное количество грамотных перинатальных психологов и психотерапевтов;

•   профилактическая направленность ПП и психотерапии.

Специалист в области перинатальной психологии нуждается в получении особых знаний, в овладении специальными методиками. Это диктует необходимость подготовки таких специалистов на факультетах психологии ВУЗзов, в системе последипломного психологического и медицинского образования. Государственным учреждением, в котором впервые в нашей стране были разработаны учебные программы и планы циклов тематического усовершенствования в области перинатальной психологии, психопатологии и психотерапии психологов, психиатров, психотерапевтов, неонатологов была Санкт-Петербургская медицинская академия последипломного образования (ныне — Северо-Западный государственный медицинский университет им. И.И. Мечникова). Работа осуществлялась и продолжается на кафедре детской психиатрии, психотерапии и медицинской психологии (зав. кафедрой — д.м.н., проф. Э.Г. Эйдемиллер).

Развитие и внедрение перинатального психологического консультирования и психотерапии, направленных на улучшение психического состояния беременных женщин и рожениц, гармонизацию отношений в семьях, ожидающих рождения ребёнка и воспитывающих младенца, является одной из актуальных, приоритетных государственных задач. Их решение позволит снизить количество осложнений во время беременности и родов, количество новорождённых с нервно-психическими расстройствами (в том числе, за счёт уменьшения применения медикаментозных средств).

 

Литература

1.    Аршавский И.А. Роль гестационной доминанты в качестве фактора, определяющего нормальное или уклоняющееся от нормы развитие зародыша // сб. Актуальные вопросы акушерства и гинекологии. – М.: 1957. – С. 320-333.

2.   Батуев А.С., Соколова Л.В. Учение о доминанте как теоретическая основа формирования системы «мать–дитя» // Вестник Ленинградского университета, с. 3, 1994б. в. 2 (№ 10). – С. 85-102.

3.   Батуев А.С. Психофизиологическая природа доминанты материнства // «Детский стресс – мозг и поведение»: тезисы докладов научно-практ. конф. – СПб.: Междунар. Фонд «Культурная инициатива», СПбГУ, РАО, 1996. – С. 3-4.

4.    Батуев А.С., Соколова Л.В. Биологическое и социальное в природе человека // «Биосоциальная природа материнства и раннего детства» под ред. А.С. Батуева. – СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2007. – С. 8-40.

5.   Винникотт Д.В. (Winnicott D.W.) Маленькие дети и их матери / пер. с англ. – М.: Независимая фирма «Класс», 1998. – 80 с.

6.   Добряков И.В. Перинатальная семейная психотерапия // «Ребёнок в современном мире. Детство и творчество»: тезисы докл. 7-й Международной конференции. – СПб: ЮНЕСКО, МО РФ, изд. СПбГТУ, 2000. – С. 4-8.

7.   Добряков И.В. Биопсихосоциальный подход в перинатальной психологии // Вестник Кыргызско-Российского университета: научный журнал. – КРСУ, том 7, № 5, 2007. – С. 36-38.

8.   Добряков И.В. Перинатальная психология. – СПб.: Питер, 2010. – 272 с.

9.   Добряков И.В., Молчанова Е.С. Перинатальная психология и фрактальная геометрия: поиск аналогий. – Вестник КРСУ. – 2008. – Т. 8. – № 4. – С. 143-147.

10.   Добряков И.В., Малашонкова Е.А. Стадии формирования супружеского холона и комплекс Лайя // Материалы симпозиума «Мужское здоровье как проблема психоаналитического, психотерапевтического, социологического исследования»  (17.02.2011). – М., 2011. – С. 33-34.

11.   Добряков И.В., Никольская И.М. Клиническая психология семьи и перинатальная психология как разделы медицинской (клинической) психологии // Социальная и клиническая психиатрия, 2011. – Т. 21, № 2. – С. 104-108.

12.   Кабанов М.М. Концепция реабилитации – ведущее направление деятельности психоневрологического института им. В.М. Бехтерева // Восстановительная терапия и реабилитация больных с нервными и психическими заболеваниями: Материалы конференции 23-24 ноября 1982 г. – Л., 1982. – С. 5-15.

13.   Кабанов М.М. Психосоциальная реабилитация и социальная психиатрия. – СПб., 1998. – 256 с.

14.   Карвасарский Б.Д. Клиническая психология: учебник / под ред. Б.Д. Карвасарского. – СПб.: Питер, 2002. – 960 с.

15.   Крайг Г. (Craig G.) Психология развития: 7-е международное издание. – СПб.: Изд. «Питер», 2000. – 992 с.

16.   Мухамедрахимов Р.Ж. Мать и младенец: психологическое взаимодействие. – СПб.: Изд. СПбГУ, 1999. – 288 с.

17.   Незнанов М.А., Акименко А.А., Коцюбинский А.П. Школа В.М. Бехтерева: от психоневрологии к биопсихосоциальной парадигме. – СПб.: ВВМ, 2007. – 248 с.

18.   Ухтомский А.А. Доминанта. – СПб.: Питер, 2002. – 448 с.

19.   Филиппова Г.Г. Психология материнства и ранний онтогенез. – М.: Жизнь и мысль,. 1999. – 192 с.

20.   Шабалов Н.П. Неонатология, Т. 1. – СПб: Специальная литература, 1995. – 495 с.

21.   Эйдемиллер Э.Г., Добряков И.В., Никольская И.М. Семейный диагноз и семейная психотерапия. – СПб.: Речь, 2003. – 337 c.

22.   Энциклопедический словарь медицинских терминов: в 3-х томах / гл. ред. Б.В. Петровский / Т. 2. – М.: Советская энциклопедия, 1983. – 448 с.

23.   Baumann U., Laireiter A.-R. Individualdiagnostik interpersonaler Beziehungen. // In K. Pavlik & M. Amelang (Hrsg.) Ensyklopadie der Psychologie: Grundlagen und Methoden der Differentiellen Psychologie. – Göttingen: Hogrefe, 1995. – Band. 1. – S. 609-643.

24.   Dowrick C., May C., Bundred P. The Biopsychosocial Model of General Practice: Rhetoric or Reality // British Journal of General Practice. 1996. Vol. 46. – P. 105-107.

25.   Engel G. The need for a new medical model: A challenge for biomedicine // Science. 1977. № 196. – P. 129-136.

26.   Engel G.L. The clinical application of the biopsychosocial model // The American Journal of Psychiatry. May 1980. Vol. 137. P. – 535-544.

27.   Field T.М. (1984) Early interactions between infants and their postpartum depressed mothers. Infant Behavior and Development 7. – pp. 517-522.

28.   Filipp S.H. (Hrsg.) Kritische Lebensereignisse. – Weinheim: Belts Psychologie Verlags Union, 1990, (2. Aufl.). – S. 92-103.

29.   Lebovici S. La theorie de l’attachment et la psychanalyse contemporaine // Psychiatrie de l’enfant, XXXIY, 2, 1991. – pp. 387-412.

30.   Stern D.N. (1977) The first relationship: Mother and infant. Cambridge: Harvard Univ. Press. // Affect attunement // Frontiers of infant psychiatry. – Vol. 2, New York, Basic Books, 1984. – pp. 74-85.

 

 

Ссылка для цитирования

УДК 159.922.7-053.31

Добряков И.В. Перинатальная психология — новый раздел клинической (медицинской) психологии [Электронный ресурс] // Медицинская психология в России: электрон. науч. журн. – 2012. – N 5 (16). – URL: http://medpsy.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

 

Все элементы описания необходимы и соответствуют ГОСТ Р 7.0.5-2008 "Библиографическая ссылка" (введен в действие 01.01.2009). Дата обращения [в формате число-месяц-год = чч.мм.гггг] – дата, когда вы обращались к документу и он был доступен.

 

В начало страницы В начало страницы

ОБОЗРЕНИЕ ПСИХИАТРИИ И МЕДИЦИНСКОЙ ПСИХОЛОГИИ

им. В.М. Бехтерева


Попов Ю.В., Пичиков А.А. Особенности суицидального поведения у подростков (обзор литературы)


Емелина Д.А., Макаров И.В. Задержки темпа психического развития у детей (обзор литературных данных)


Григорьева Е.А., Хохлов Л.К. К проблеме психосоматических, соматопсихических отношений


Деларю В.В., Горбунов А.А. Анкетирование населения, специалистов первичного звена здравоохранения и врачей-психотерапевтов: какой вывод можно сделать о перспективах психотерапии в России?

Серия 16

ПСИХОЛОГИЯ

ПЕДАГОГИКА


Щелкова О.Ю. Основные направления научных исследований в Санкт-Петербургской школе медицинской (клинической) психологии

Cамые читаемые материалы журнала:


Селезнев С.Б. Особенности общения медицинского персонала с больными различного профиля (по материалам лекций для студентов медицинских и социальных вузов)

Панфилова М.А. Клинический психолог в работе с детьми различных патологий (с задержкой психического развития и с хроническими соматическими заболеваниями)

Копытин А.И. Применение арт-терапии в лечении и реабилитации больных с психическими расстройствами

Вейц А.Э. Дифференциальная диагностика эмоциональных расстройств у детей с неврозами и неврозоподобным синдромом, обусловленным резидуально-органической патологией ЦНС

Авдеева Л.И., Вахрушева Л.Н., Гризодуб В.В., Садокова А.В. Новая методика оценки эмоционального интеллекта и результаты ее применения