Щеглов Л.М.

 

Вернуться на главную страницу
О журнале
Отчет
Редакционный совет
Приглашение к публикациям

Самоповреждающее поведение: апробация опросника на определение уровня поведения с преднамеренным самоповреждением
(The Deliberate Self-Harm Inventory)

Кузнецова С.О., Абрамова А.А., Ефремов А.Г.,
Ениколопов С.Н. (Москва, Россия)

 

 

Кузнецова Светлана Олеговна

Кузнецова Светлана Олеговна

кандидат психологических наук, старший научный сотрудник отдела медицинской психологии; Научный центр психического здоровья, Каширское шоссе, 34, Москва, 115522, Россия. Тел.: 8 (495) 109-03-93.

E-mail: pol-ncpz@ncpz.ru

Абрамова Аида Алексеевна

Абрамова Аида Алексеевна

кандидат психологических наук, старший научный сотрудник отдела медицинской психологии; Научный центр психического здоровья, Каширское шоссе, 34, Москва, 115522, Россия. Тел.: 8 (495) 109-03-93.

E-mail: pol-ncpz@ncpz.ru

Ефремов Александр Георгиевич

Ефремов Александр Георгиевич

кандидат психологических наук, старший научный сотрудник отдела медицинской психологии; Научный центр психического здоровья, Каширское шоссе, 34, Москва, 115522, Россия. Тел.: 8 (495) 109-03-93.

E-mail: efremovalexander@mail.ru

Ениколопов Сергей Николаевич

Ениколопов Сергей Николаевич

кандидат психологических наук, заведующий отделом медицинской психологии; Научный центр психического здоровья, Каширское шоссе, 34, Москва, 115522, Россия. Тел.: 8 (495) 109-03-93.

E-mail: enikolopov@mail.ru

 

Аннотация. В данной статье представлены результаты апробации опросника на определение уровня поведения с преднамеренным самоповреждением (The Deliberate Self-Harm Inventory). В исследовании участвовали 223 человека (112 юношей и 111 девушек), средний возраст — 19,4 года (стандартное отклонение = 1,6). В результате было выявлено, что мужчины в 60,6% случаев «иногда» отмечают самоповреждающее поведение и в 10,9% — «очень часто». У женщин в 67,3% случаев «иногда» совершается преднамеренное самоповреждение и в 13,4% — «очень часто». Сопоставление результатов показало достаточную ретестовую надежность (φ = 0,68; p < 0,001). Конвергентная валидность определялась частотой проявления самоповреждений и наличием пограничной организации личности. Результаты показали умеренные уровни корреляций.

Ключевые слова: самоповреждение, преднамеренное самопо-вреждение, апробация, опросник DSHI

 

Ссылка для цитирования размещена в конце публикации.

 

 

Введение

В настоящее время проблема аутоагрессивного поведения стоит в обществе достаточно остро; это происходит в связи с ростом случаев аутоагрессии и преднамеренного самоповреждения среди населения, а также в связи с устойчивым снижением среднего возраста аутоагрессоров при одновременном росте числа совершения повторных попыток. Разнообразие форм и степеней аутоагрессии и рост тенденции к повторному совершению наиболее свойственны подростковому и юношескому возрасту [1].

В данной работе мы будем использовать термин «преднамеренное самоповреж-дение». В общем случае поведение с преднамеренным самоповреждением считается разновидностью аутоагрессивного и заключается в нанесении сознательно нефаталь-ного ущерба своему соматическому или психологическому состоянию. Аутоагрессивное поведение, в свою очередь, рассматривается как вариант агрессивного, при котором субъект и объект действия совпадают [2]. Следует отметить, что аутоагрессия среди молодых людей — результат сложного взаимодействия интраперсональных, интер-персональных и социальных факторов окружающей среды [3].

Классификация типов и особенностей аутоагрессии — непростая задача, поскольку не существует четких критериев и единственного набора признаков, систематически полно описывающих данный феномен. Такие часто используемые в научной литературе термины, как «суицид», «тяжкие телесные повреждения» и «членовредительство», не полностью и неточно характеризуют аутоагрессию. Одна из существующих классификаций делит проявления аутоагрессивного поведения на следующие типы: суицидальное; аутодеструктивное (суицидальные эквиваленты); самоповреждающее поведение [4]. Самоповреждающим в данной классификации считается поведение с нанесением преднамеренного, заведомо неопасного ущерба своему физическому здоровью или все же достаточно опасного, но его осознанной целью не является фатальное самоповреждение, а тем более — добровольный уход из жизни. К аутодеструктивному поведению («саморазрушающее поведение») здесь относят непреднамеренные действия (преднамеренные поступки при неосознанности возможного смертельного исхода как их результата), следствием которых становится физическое или психическое разрушение личности. Под «суицидальным поведением» понимаются осознанные действия, непосредственно направленные на добровольный уход из жизни. Представленная градация опирается на два критерия: тяжесть физических последствий и осознанность действий. И если степень выраженности первого критерия в каждом конкретном случае достаточно легко устанавливается, то определение уровня осознанности совершенных аутоагрессивных действий представляет серьезную психодиагностическую задачу.

В зарубежных источниках приводятся описания в общей сложности более 30 классификационных признаков, характеризующих разные аспекты аутоагрессивных проявлений [5]. Анализ статей показал, что существует несколько основных описательных терминов-признаков аутоагрессии. Словосочетание «Deliberate self-harm» (причинение себе преднамеренного вреда) считается наиболее обобщенным обозначением поведения с преднамеренным самоповреждением, поскольку применя-ется и к физической, и (или) к психологической составляющей этого явления [6]. Для описания физического самоповреждения используются термины «членовредитель-ство» (self-mutilation) и «нанесение ранений» (self-injury). Значение первого заключено непосредственно в названии, а у второго носит еще и дополнительный юридический оттенок, т. к. self-injury — это членовредительство с целью получения незаконной выгоды или преимущества [7; 8; 9; 5]. Следует отметить, что для обозначения психологического самоповреждения применяется большее число тер-минов, чем для физического. Среди основных: самоненависть (self-hate); самопо-ражение (self-defeating) — тенденция быть последним, проигравшим; самопрене-брежение (self-neglect); самострадание (self-inflicted); стремление держаться в тени, быть незаметным (self-effacement). Кроме этих, относящихся отдельно или к физическому, или психологическому самоповреждению, в англоязычной литературе используются термины, обозначающие двойственный характер нанесенного самовреда. Например, самонападение (self-attack) и причинение самому себе боли (self-wounding). Применение терминов с двойственным значением удобно при описании смешанного (психологического и физического) типа самоповреждения.

Данное многообразие терминов говорит о том, что нет однозначной четкости в определениях и полной ясности в основаниях для классификаций этой формы аутоагрессии. Определения, термины и характерные признаки, предлагаемые разными авторами, недостаточно полно описывают данный феномен и подчас противоречивы. В нашей работе мы будем исходить из следующего. Поведение с преднамеренным самоповреждением — это компромиссное понятие, обозначающее тип поступков, приводящих (путем действия или бездействия) субъекта, их совершающего, к такому физическому или психологическому повреждению, которого, во-первых, можно было бы избежать, во-вторых, целью которого не является добровольный уход из жизни. Предлагаемое определение охватывает как активнуютак и пассивную форму ауто-агрессии (самоповреждение недеянием), и в немделается акцент на добровольности совершения аутоагрессивного акта Компромисс определения заключается, в первую очередь, в том, что его формулировка специально не затрагивает сферу бессозна-тельных намерений субъекта, поскольку исследование бессознательных мотивов требует особого методического подхода, отличного от схемы данной работы. Поэтому приведенное определение поведения с преднамеренным самоповреждением говорит только о внешне выявленном у субъекта сознательном нежелании совершения суицида. Если в предлагаемое определение ввести третий необходимый параметр — социокультурную уместность совершаемого действия, то получим для изучения широкий спектр форм поведения с преднамеренным самоповреждением: от социально одобряемого и приемлемого до социально осуждаемого и непринимаемого. Таким образом, формулировка с неизбежностью вовлекает в сферу действия определения преднамеренного самоповреждения существующие или предполагаемые общественные оценки рассматриваемого поведения. И если социально приемлемые формы аутоагрессии могут вызвать со стороны общества лишь умеренное неодобрение или легкое волнение, то самоповреждение, выходящее за общепринятые рамки, вызывает куда более сильные негативные ответы. На наш взгляд, содержание определения любого вида поведения не может не опираться на хронотоп социальных оценок рассматриваемого действия. Подобные оценки всегда вложены в поведенческий акт и изменяются в зависимости от времени, места, а также субкультурной принадлежности совершающего его индивида.

Как показал анализ литературы по теме поведения с преднамеренным самоповреждением, существует довольно малое количество исследований о распространенности несуицидальной аутогрессии среди подростков и молодежи неклинической и некриминальной групп. Еще более ограниченное число работ посвящено изучению эмоционального статуса у данной группы аутоагресоров. В одной из немногих работ по данной тематике указывается, что у студентов с аутоагрессивными тенденциями отмечался более низкий уровень положительных эмоций, в то время как уровень негативных эмоций не был завышен, а оставался на среднем по популяции уровне [10].

Актуальность данной работы определяется также тем, что в настоящее время в отечественной психологии мало методик, направленных на определение уровня самоповреждающего поведения [11; 12; 13]. Как показывает анализ обзорной литературы [2; 11; 12; 13], методы оценки преднамеренного самоповреждения часто идентифици-ровались с методами измерения агрессии, склонности к девиантному поведению или к девиантной социализации. Следует отметить, что при изучении самоповреждающего поведения абсолютно неправомерно ожидать, что человек будет открыто демонстри-ровать его при любых условиях, даже если он обладает развитой рефлексией и высокой способностью к осознанию своего поведения. Поэтому при организации исследования преднамеренного самоповреждения, основанного на данных самоотчета, необходимо с особой тщательностью учитывать возможность влияния фактора социальной желательности. Как следует из анализа психологической литературы, разработка адекватного целям изучения преднамеренного самоповреждения методи-ческого аппарата по-прежнему остается актуальной задачей прикладной психологии.

Цель работы — провести апробацию опросника на определение уровня поведения с преднамеренным самоповреждением (The Deliberate Self-Harm Inventory [14]) на русскоязычной выборке.

Выборка

Всего было обследовано 223 человека (средний возраст — 19,4, стандартное отклонение — 2,1), из них юношей — 112, а девушек — 111 человек. Абитуриенты составили 9,5 %, первокурсники — 65,6 %, второкурсники — 16,7 %, старшие курсы — 8,3 %. Согласно устному опросу, на момент исследования никто из участников прежде не обращался за психиатрическим лечением. Все желающие участвовать в исследовании предварительно оценивались с точки зрения наличия или отсутствия у них суицидальных мыслей с помощью методики Suicidal Behaviors Questionnaire-Revised (SBQ-R [15]). Испытуемые с суицидальными мыслями в период менее года не включались в исследование, поскольку такие испытуемые несли, на наш взгляд, существенную долю риска именно суицидального поведения, который не является темой настоящего исследования.

Все испытуемые были разделены на 3 группы:

1)

испытуемые, совершившие самоповреждение менее 12 месяцев назад (группа «недавние аутоагресоры», 70 человек);

2)

испытуемые, совершившие самоповреждение более 12 месяцев назад (группа «давние аутоагрессоры», 77 человек);

3)

испытуемые, никогда не совершавшие аутоагрессивных актов (нормативная группа, 76 человека).

Стоит отметить, что в настоящее время нет четких пояснений, какой аутоагрессивный акт считать недавним, а какой — давним по времени совершения. Whitlock J. и др. [16] провели эпидемиологические исследования, рассчитав условные показатели аутоагрессивных действий за весь период жизни испытуемого и конкретно в течение 12 месяцев, предшествующих исследованию. Таким образом, граница в 12-месячный срок была избрана сугубо произвольно для деления поступков на «давние» и «недавние».

Следует отметить, что последний акт с преднамеренным самоповреждением среди испытуемых из группы недавно совершивших (группа «недавние») произошел около полугода назад (среднее значение — 5,6 мес., стандартное отклонение — 5,2). В группе испытуемых, совершивших последнее поведение с преднамеренным само-повреждением достаточно давно (группа «давних»), оно случилось в среднем 5,5 лет назад (среднее значение — 69,2 мес., стандартное отклонение — 39,2).

Каждая из полученных групп была также разделена по гендерному признаку.

Методики

В данной работе использован переведенный англоязычный опросник на определение уровня поведения с преднамеренным самоповреждением The Deliberate Self-Harm Inventory (DSHI [14]), пилотная апробация которого являлась предвари-тельным этапом в рамках основного исследования. Данная методика представляет анкетный опросник, который был специально разработан для измерения степени несуицидального аутоагрессивного поведения. Автор методики операционализировал преднамеренное самоповреждение как непосредственное повреждение тела, несмертельное для индивидуума, но достаточной силы, чтобы вызвать ощутимые болезненные ощущения. Опросник фиксирует возраст испытуемого, время начала, частоту и дату последнего аутоагресивного акта из 13 видов, представленных в методике. К основным видам аутоагрессивного поведения, представленных в методике The Deliberate Self-Harm Inventory [14], относятся следующие:

1.

Ранения (уколы) острыми предметами.

2.

Расцарапывания.

3.

Битье головой о твердые предметы.

4.

Вырезание слов на теле.

5.

Порезы на теле.

6.

Вырезание знаков и символов на теле.

7.

Подкожное введение предметов.

8.

Предотвращение заживления ран.

9.

Прижигание открытым огнем.

10.

Прижигание сигаретой.

11.

Самоукусы.

12.

Стирание кожи с помощью абразивных предметов или химикатов.

13.

Другое (не внесенное в список).

Математическая обработка сравнительных результатов велась с помощью основных базовых статистических процедур. Для определения меры связи между отдельными показателями подсчитывался процент совпадения значений. Для оценки внутренней согласованности пунктов шкалы применялся коэффициент одномоментной согласованности α-Кронбаха.

Результаты

Результаты проведенной апробации показали высокую внутреннюю согласо-ванность пунктов (α = 0,82). Конкретно, по пунктам:

1.

Ранения (уколы) острыми предметами (α = 0,63.).

2.

Расцарапывания (α = 0,51).

3.

Битье головой о твердые предметы (α = 0,49).

4.

Вырезание слов на теле (α = 0,47).

5.

Порезы на теле (α = 0,63).

6.

Вырезание знаков и символов на теле (α = 0,45).

7.

Подкожное введение предметов (α = 0,64).

8.

Предотвращение заживления ран (α = 0,35).

9.

Прижигание открытым огнем (α = 0,51).

10.

Прижигание сигаретой (α = 0,52).

11.

Самоукусы (α = 0,43).

12.

Стирание кожи с помощью абразивных предметов или химикатов (α = 0,15).

13.

Другое, не внесенное в список (α = 0,36).

Следует отметить, что 91 участник прошел повторное тестирование по методике The Deliberate Self-Harm Inventory. Сопоставление результатов показало достаточную ретестовую надежность (φ = 0,68; p < 0,001) в течение периода от 2 до 4 недель (среднее значение — 3,1 недели). Кроме того, количество случаев самоповрежда-ющего поведения, подтвержденных участниками первого и второго администриро-вания DSHI, высоко коррелировано (r = 0,92; p < 0,001).

Наиболее частыми способами самоповреждения были: нанесение ран острыми предметами, расцарапывания, битье головой о твердые предметы, вырезание на теле слов, знаков и символов и препятствование к заживлению ран (см. таблицу 1). При этом статистически значимых различий в способах самоповреждения между «недавними аутоагрессорами» (среднее — 1,9, стандартное отклонение — 1,2) и «давними аутоагрессорами» (среднее — 1,9, стандартное отклонение — 1,1) получено не было (p > 0,05).

 

Таблица 1

Процентное соотношение по видам самоповреждений между группами

 

Только 2 испытуемых (менее 1 %) сообщили, что в результате самоповреждений обращались за медицинской помощью. Следует отметить, что частота совершенных аутоагрессивных актов в группе «недавних» (среднее значение — 11,9, стандартное отклонение — 12,6) почти в два раза превышает данный показатель в группе «давних» (среднее значение — 5,9, стандартное отклонение — 7,0), что является статистически значимым различием (p < 0,05).

В таблице 2 представлены процентные соотношения по видам самоповреждений для обеих групп аутоагрессоров.

 

Таблица 2

Процентные соотношения по видам самоповреждения (n = 147)

 

Таблица 3

Процентные соотношения по частоте самоповреждений (n = 147)

 

Как видно из таблицы 3, в группе женщин отмечается тенденция чаще использовать преднамеренное самоповреждение, чем у мужчин. Хотя статистически значимых различий по показателю частоты самоповреждений между группами мужчин и женщин выявлено не было.

Для определения дискриминантной валидности подсчитывалась корреляция между данными DSHI и частотой самоповреждений. Конвергентная валидность определялась частотой проявления самоповреждений и наличием пограничной организации личности, поскольку самоповреждение является общепринятым коррелятом погранично-личностного расстройства. Результаты показали умеренные уровни корреляций (см. таблицу 4.)

 

Таблица 4

Корреляции между показателями DSHI, погранично-личностной организацией и частотой самоповреждений

 

Как видно из результатов исследования, 65,9 % испытуемых совершали поступки с преднамеренным самоповреждением. Полученные нами данные соотносятся с другими исследованиями [17].

Вывод

Таким образом, опросник на определение уровня поведения с преднамеренным самоповреждением The Deliberate Self-Harm Inventory (DSHI [10]) имеет достаточную внутреннюю последовательность пунктов (Cronbach's α = 0,82), ретестовую надежность (Cronbach's α = 0,92) и приемлемую валидность.

 

Список источников

1. Портнов В.А., Смирнов П.В. Антиципация возраста совершения повторных суицидальных попыток // Материалы XIII съезда психиатров России. – М., 2000. – С. 319.

2.  Ениколопов С.Н. Понятие агрессии в современной психологии // Прикладная психология. – 2001. – № 1. – C. 60–72.

3.  McGaughey J., Long A., Harrison S. Suicide and parasuicide: a selected review of the literature // Journal of Psychiatric and Mental Health Nursing. – 1995. – Vol. 2, no. 4. – P. 199–206. doi: 10.1111/j.1365-2850.1995.tb00058.x

4.  Амбрумова А.Г., Ратинов А.Р. Мультидисциплинарное исследование агрессив-ного и аутоагрессивного типа личности // Комплексные исследования в суицидологии: сборник научных трудов. – М.: Моск. НИИ психиатрии МЗ СССР, 1986. – С. 26–44.

5. Ross R.R., McKay H.B. Self-mutilation. – Lexington, MA: DC Heath & Company, 1979.

6. Suicidality in affectively disordered adolescent inpatients / D.A. Brent, D.J. Kolko, M.J. Allan [et al.] // Journal of the American Academy of Child and Adolescent Psychiatry. – 1990. – Vol. 29, no. 4. – P. 586–593. doi: 10.1097/00004583-199007000-00012

7. Favazza A.R., DeRosear L., Conterio K. Self-mutilation and eating disorders // Suicide and Life-Threatening Behavior. – 1989. – Vol. 19, no. 4. – P. 352–361.

8. Klonsky E.D., Oltmanns T.F., Turkheimer E. Deliberate self-harm in a non-clinical population: Prevalence and psychological correlates // American Journal of Psychiatry. – 2003. – Vol. 160, no. 8. – P. 1501–1508. doi: 10.1176/appi.ajp.160.8.1501

9. Orbach I., Lotem-Peleg M., Kedem P. Attitudes toward the body in suicidal, depressed, and normal adolescents // Suicide and Life-Threatening Behavior. – 1995. – Vol. 25, no. 2. – P. 211–221.

10. Gratz K.L. Risk factors for deliberate self-harm among female college students: The role and interaction of childhood treatment, emotional inexpressivity, and affect intensity reactivity // American Journal of Orthopsychiatry. – 2006. – Vol. 76, no. 2. – P. 238–250. doi: 10.1037/0002-9432.76.2.238

11. Леус Э.В., Соловьев А.Г., Сидоров П.И. Диагностика девиантного поведения несовершеннолетних // Вестник челябинского государственного педагогического университета. – 2012. – № 9. – С. 268–278.

12. Польская Н.А. Причины самоповреждения в юношеском возрасте (на основе шкалы самоотчета) // Консультативная психология и психотерапия. – 2014. – Т. 22, № 2. – С. 140–152.

13. Польская Н.А. Эмоционально-личностные корреляты модификаций тела // Известия Саратовского университета. Новая серия. Серия Философия. Психология. Педагогика. – 2014. – Т. 14, № 2. – С. 84–90.

14. Gratz K.L. Measurement of deliberate self-harm: Preliminary data on the Deliberate Self-Harm Inventory // Journal of Psychopathology and Behavioral Assessment. – 2001. – Vol. 23, no. 4. – P. 253–263. doi: 10.1023/A:1012779403943

15. The Suicidal Behaviors Questionnaire-Revised (SBQ-R): validation with clinical and nonclinical samples / A. Osman, C.L. Bagge, P.M. Gutierrez [et al.] // Assessment. – 2001. – Vol. 8, no. 4. – P. 443–454. doi: 10.1177/107319110100800409

16. Whitlock J., Eckenrode J., Silverman D. Self-injurious behaviors in a college population // Pediatrics. – 2006. – Vol. 17, no. 6. – P. 1939–1948. doi: 10.1542/peds. 2005-2543

17. Психологическая диагностика индекса жизненного стиля. Пособие для врачей и психологов / Л.И. Вассерман, О.Ф. Ерышев, Е.Б. Клубова [и др.]. – СПб.: Психоневрол. институт им. В.М. Бехтерева, 2005. – 54 с.

 

Для цитирования

УДК 159.9:616.89

Самоповреждающее поведение: апробация опросника на определение уровня поведения с преднамеренным самоповреждением (The Deliberate Self-Harm Inventory) / С.О. Кузнецова, А.А. Абрамова, А.Г. Ефремов [и др.] // Медицинская психология в России: сетевой науч. журн. – 2021. – T. 13, № 5. – URL: http://mprj.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

 

Self-harming behavior: testing a questionnaire to determine the level of behavior with premeditated self-harm (The Deliberate Self-Harm Inventory)

Kuznetsova S.O.1
E-mail: pol-ncpz@ncpz.ru

Abramova A.A.1
E-mail: pol-ncpz@ncpz.ru

Efremov A.G.1
E-mail: efremovalexander@mail.ru

Enikolopov S.N.1
E-mail: enikolopov@mail.ru

1 Mental Health Research Center
34, Kashirskoye shosse, Moscow, 115522, Russia
Phone: +7 (495) 109-03-93

Abstract. This article presents the results of testing a questionnaire to determine the level of behavior with premeditated self-harm (The Deliberate Self-Harm Inventory). 223 people participated in the study (112 young men and 111 young women), average age 19.4 years (standard deviation = 1.6). As a result was found that men in 60.6 % of cases "sometimes" report self-harming behavior and in 10.9 % — "very often". Women in 67.3% of cases "sometimes" commit premeditated self-harm and in 13.4 % — "very often". The comparison of the results showed sufficient retest reliability (φ = 0.68, p < 0.001). Converged validity was determined by the frequency of manifestation of self-harm and the presence of a borderline organization of personality. Results showed moderate levels of correlation.

Keywords: self-harm, premeditated self-harm, testing, DSHI questionnaire

For citation

Kuznetsova S.O., Abramova A.A., Efremov A.G., Enikolopov S.N. Self-harming behavior: testing a questionnaire to determine the level of behavior with premeditated self-harm (The Deliberate Self-Harm Inventory). Med. psihol. Ross., 2021, vol. 13, no. 5 [in Russian, abstract in English].

 

  В начало страницы В начало страницы

 

Портал medpsy.ru

Предыдущие
выпуски журнала

2021 год

2020 год

2019 год

2018 год

2017 год

2016 год

2015 год

2014 год

2013 год

2012 год

2011 год

2010 год

2009 год